а б в г д е ж з и к л м н о п р с т у ф х ц ч ш э ю я

Горбунов А.К. / О жизни и творчестве

Ирина Георгиевна Бухарова,
кандидат филологических наук

Природа и Родина:
 о новом поэтическом сборнике Анатолия Горбунова «Родины свет»

Вот и песни свиты из прозрачных свистов…
А. Горбунов

Так случилось, что я давно, с детства, знаю старшего брата поэта Анатолия Константиновича Горбунова – Василия Константиновича. Знаю и глубоко уважаю. За жизнелюбие, радушие, внимание к малым  и старым, умение поговорить и посмеяться. Именно эти качества, на мой взгляд, определяют своеобразие нового поэтического сборника Анатолия Горбунова «Родины свет». Удивительно! Ведь внешне наш автор не так уж и открыт миру, как его старший брат и… собственные стихи. Вот как оно проявляется – глубинное родство!   
«Всё начинается с детства» – расхожая истина,  избитая фраза, но так хочется узнать о детстве тех, кто детство в себе сохранил.
Мама нашего поэта Прасковья Петровна красивой была, любила читать детям, рассказывать. Василий Константинович хорошо помнит, как мама читала им «Дубровского», помнит, как смеялись над шолоховским Щукарем. Вот, видимо, откуда у братьев Горбуновых страсть к художественному слову. Кстати, и былички мама рассказывала, после этого на улицу выйти боялись.  По-видимому, воронежская родня мамы, в Сибири счастье искавшая, обладала творческими способностями. 
Да и чалдоны Горбуновы не лыком шиты: дед Иван Иванович в школе не учился, а писать-сочинять умел, отец Константин Иванович закончил церковно-приходскую школу, а был человеком образованным и деятельным, которому новая власть важные дела доверяла (возглавлял заготконторы, организовывал сельпо).
Память о маме – в первом стихотворении нового сборника Анатолия Горбунова  «Родины свет», ведь у Родины «глаза любимой мамы, они прекрасные всегда, как это небо над полями, как эта чистая вода!» [1, 4].  Мамин образ появляется и в стихотворениях «Полуница», «Лесники», а образ отца – в стихотворениях «Шалун», «Гостья», «Хамар-Дабан». 
 Большая и крепкая семья Горбуновых (9 детей!) переезжала из одной ленской деревни в другую, следуя за отцом. Чтобы перевезти  большую семью, подводы или машины (где ее взять?!) не хватит: строился огромный плот, на котором и совершалось путешествие в неведомые дали. Плывет семья на плоту, Леной любуется, планы на будущее строит, с прежней жизнью прощается, а пароходы встречные гудят, приветствуют, ободряют… Пока отец обустраивал жилье на новом месте, семья несколько месяцев на плоту и жила. Вода – родная стихия (см. стихотворение «Ныряльщик»). Может быть, поэтому так много стихов у Анатолия Горбунова о ее обитателях: «Налим», «Речной ёрш», «Ангарский рак», «Таймени».  С детства знали мальчишки, как и где ловятся налим, таймень или щука, как  червей в соломе развести, как с закидушками управляться.  Ожившие воспоминания детства – во всех этих подробностях, тонкостях, как, например, в стихотворении «Братишки»:

Вскрылят над озером туманы,
Уйдём на свистики утят,
Где полосатые гольяны
О зорьку спинки золотят.
А вслед старательные пчёлки,
День обещая клёвый нам,
Расчешут спутанные чёлки
Слегка помятым василькам [1, 50].

Мужиков в деревнях после войны немного было, рыбный промысел на бабах и пацанах держался. Но это чуть позже, а маленькими мальчишки гольянов ловили да жарили прямо на берегу. Лето на Лене жаркое, вода прогрета – из воды не вылезали, теплом да здоровьем запасались, знали: осень долгая, намерзнешься, босиком до морозов бегая. 
Жизнь на природе определила и другое увлечение Анатолия Константиновича: он долгое время был азартным охотником, мог в свою ленскую тайгу при возможности на три месяца уйти! Эта взрослая страсть, рожденная во многом детскими впечатлениями о богатстве и красоте тайги, нашла свое отражение и в детских стихах поэта. В новом сборнике это «В тайге», «Ночь в зимовье», «Домой», «Лесной дядька»:

Северяша Катанга
Ездит в тёплых катанках,
В сохатиной дошке
По седой порошке,
С топором за поясом
На олене по лесу.
Трёт ладошкой ушки,
Мастерит ловушки,
Добывает чёрных
Соболей проворных…
Охраняет его чум
Медвежатник – пёс Угрюм [1, 9].

В этом стихотворении обращает на себя внимание выразительная простота формы, близкая фольклорной традиции. Четкий ритм  во многом определяется  трехстопным хореем  и смежной рифмовкой, а  использование в маленьком тексте пиррихиев, а также  мужских (чум – Угрюм), женских (ушки – ловушки) и дактилических (Катанга – катанках, поясом – по лесу) окончаний  придает звучанию стиха игровую гибкость. Дактилические окончания особенно выразительны, а неточные рифмы приучают к звуковой игре. Как известно, Корней Иванович Чуковский особенно настаивал на использовании в стихах для малышей «бодрого» хорея и смежной рифмовки, поскольку в этом  случае стихотворения легко запоминаются. А. К. Горбунов очень хорошо чувствует эти законы детского восприятия.
Заметим, что стихотворения Анатолия Горбунова  интонационно разнообразны. Он мастерски пользуется ритмическими возможностями стиха, опираясь на фольклорные и литературные традиции. Стихотворение «Перемена» написано с использованием исключительно дактилических окончаний, оно протяжно, напевно и немного печально:

Денёчки маленького ростика –
Короче заячьего хвостика,
А ночки длинные-предлинные,
Дрова трескучие и дымные.
Когда истопится поленница,
Наоборот всё переменится:
Денёчки станут снова длинными,
Дворы – с пилёными осинами,
А ночки маленького ростика –
Короче заячьего хвостика! [1, 25].

По ритму это стихотворение очень близко к прекрасному стихотворению Н. Рубцова «Январское». Есть связь у стихов А. К. Горбунова с классической поэзией деревенского детства Ивана Сурикова, с детской лирикой Елены Благининой (стихотворения «Щенок», «Весна», «Подарки», «Домашнее солнышко»). Стихотворение «Берёзка» отсылает память к есенинским текстам. Но никакого «перепева», заимствования нет, есть определенная культурная традиция и искренний отзыв на прекрасные мгновения и явления жизни, подобно птичьей песне, недаром в  стихотворении «Иволга» звучит:

Солнышком облита,
Пьёт росинки с листьев,
Вот и песни свиты
Из прозрачных свистов.
Есть ещё подпесни –
Развесёлый щебет…
Музыке небесной
Научиться мне бы! [1, 17]

Точность и неожиданность определений, сравнений, образов – и свидетельство поэтического таланта, и подлинное украшение стихов Анатолия Горбунова: «на коньках воздушных ездят водомерки», «караси, распуская усы, рассекают озёрную гладь», «родниками талыми глухари забулькали», «дымкой окутана спелая жимолость», «замерли в касках пожарных обабки», «цветущих черёмух клубятся метели», «молоточком дождик забивает гвоздик».
Звуковая  выразительность присуща многим стихам поэта:

Попрыгушки-кабарожки!
Не дал Бог малюткам рожки…
Тихо в зарослях лежат
И дрожат за кабаржат.

Месяц в ключик сбросит рожки,
Дружно ловят кабарожки
Рожки в струйках ледяных,
А поймать не могут их [1, 5].

Об обитателях тайги знает поэт Анатолий Горбунов много, но – главное – сохранился у него поэтический взгляд на природу, поэтому так хороши такие стихотворения, как «Кабарожки», «Колонок».  А вот стихотворение «Зелёные ёжики» показалось однозначным, менторским, хотя проблема безжалостной вырубки ёлок для новогодних праздников, действительно, актуальна. Заметим, что еще в нескольких стихотворениях звучит горькая тема утраты по вине человека богатства и красоты окружающего мира («Кая», «Ушаковка»).
 «Голодовка была – детства не было», – грустит старший Горбунов, а как рассказывать начнет – взахлеб вспоминает об ощущениях детства: грибах-ягодах, боярке-черёмухе, щавеле, который из леса рубахами таскали, и тут же – о вкусе редких конфет «Пуншевых» и «Чио-Чио-Сан». Не о нём ли, старшем брате Василии, стихотворение «Новосёлы»:

Цветущих черёмух
Клубятся метели.
Забавные птицы
В село прилетели.
На Севере Крайнем
Их не было раньше?!
– Скворцы! – догадался
Братишка мой старший. –
Здесь чистые воды,
Земля без отравы
И вкусных-превкусных
Букашек оравы…
Мы быстро построили
Домик весёлый,
Таскают солому
Туда новосёлы [1, 16].  

Каким же был младший брат, Толя? Какими талантами-способностями обладал в детстве? «Да как все был, только вот стихи с детства, со школы писал», – говорит Василий Горбунов.  А еще «настырным» был: «Не бегай за мной! Всё равно бежит. Плачет, а бежит». Помните Филиппка Л.Н. Толстого? Похоже, наш герой – из той же породы. Кстати, и в школу всегда спешил, как Филиппок, что отразилось в стихотворении «Первоклашки»:

Подо льдом Тунгуска.
От мороза – хрустко.
Солнышко по вешкам
Прыгает олешком.
Нипочём сугробы – 
Нам снежка ещё бы!
В первый класс учиться
Ходим на голицах.
Мал мала, а сами
С белыми усами [1, 33].

Заметим, что некоторые  стихи имеют примечания, которые объясняют значения диалектных слов. Так, например, «голицы – самодельные лыжи» [1,7]. К сожалению, иногда обилие местных слов или авторские неологизмы мешают, о них буквально спотыкаешься, слишком их много, без художественной мотивировки и даже трактовки в примечаниях: «брусничная рёлка», «айда на шитике щукблёснить на вытеке», «камешник», «скачет по аласам», «заикромётили», «осветки» и т. д. Глагол «стабунились» достаточно выразителен, но в стихотворении о незабудках неуместен, поскольку разрушает образ («Распустились незабудки – синеглазные малютки»). Считаю, что работы, подобные «Словарю языкового расширения» А. И.Солженицына, очень нужны для понимания богатства языка, его силы и потенциала, знаю, что неологизмы – одно из ярких проявлений той словесной игры, на которую откликаются дети, но всё же  в детские стихотворения подобную лексику надо вводить осторожно.      
Сборник состоит из двух разделов – «Полянки» и «Жили-были бабры».
Первый раздел – лирические стихи о природе родного края. И в этом разделе очень много замечательных стихотворений, которые хочется цитировать («В час зари», «Голубая змейка», «Тальцинка», «Иволга», «Туман», «Волшебное пёрышко» и др.). Есть стихотворения, посвященные Байкалу, его обитателям  («Омули», «На Байкале», «Встреча»), сибирским цветам («Таёжное утро», «Незабудки», «Странный цветочек»). Второй раздел  – в основном, «развесёлый щебет», и здесь не все стихи однозначно хороши. Излишне морализаторским представляется первое стихотворение раздела «Жили-были бабры…» «Мудрый король». Сказочные образы короля и трех его сыновей не спасли стихотворение, оно откровенно скучное. Не очень понятен принцип отбора стихотворений именно в эту часть книги. Очевидна связь некоторых из них с различными фольклорными жанрами (дразнилки, заклички, сказки, скороговорки, считалки, легенды) и традиционными фольклорными образами («молодильное молоко», например,  явно восходит к «молодильным яблокам»), но есть и лирика («Брошенная деревушка»), и сюжетные стихи о детских забавах («Морской волк»). Кстати, некоторые стихи из первого раздела (например, «Качели») зазвучали бы «громче», если бы находились в разделе втором. Таким образом, можно сделать вывод, что во второй части представлены  стихотворения фольклорно-игрового характера. 
Книга для детей младшего возраста – явление особое, она должна привлекать ребенка и своим художественным оформлением. Важно и то, насколько соответствуют друг другу текст и иллюстрации, удалось ли художнику передать настроение произведений. В случае с книгой стихов А. Горбунова «Родины свет» можно говорить о том, что автору повезло: он нашел единомышленника, который искренне откликнулся на его творчество. Художник А. А. Дурасов известен, в частности, как автор «Сибирячка», работы которого узнаваемы и любимы. 
А. А. Дурасов в оформлении сборника А. Горбунова верен традициям отечественной классической школы книжной детской иллюстрации, которые в последние два десятилетия утратили свое влияние. Когда-то В. М. Конашевич, В. В. Лебедев, Е. И. Чарушин  создали образцовые детские книги, в которых иллюстрации воздействуют на ребенка эстетически, развивая художественную чуткость, и в то же время углубляют восприятие текста. 
 «Сюжетные» иллюстрации, в основном, тоже обладают глубиной, например, это разворот на страницах 78–79, иллюстрирующий стихотворения «Таймени» и «Внучата»: есть в рисунке конкретное изображение  места, времени суток и обстоятельств рыбалки («еле машут взрослыми лопастными вёслами»», «за деревней на закате на покатом перекате»), передано любопытство и одновременное опасение детей, ведь «в небо прыгая из Лены, грозно плавятся таймени, бьют по лодочке (под нами!) разбагряными хвостами. Мы весёлком ловко рулим, чтобы не перевернули». 
Хороша иллюстрация к стихотворению «Морской волк», в ней авторская улыбка и нежность, соответствующие настроению поэта:

Воронки вьёт снежница –
Она ворожит лето.
Летит кораблик птицей,
Плыву я вокруг света.
Кричу с высокой мачты
Сквозь грозы и туманы:
– Родители, не плачьте,
Простите капитана!
На полочке возьмите
В голубенькой тарелке
И честно разделите
Три мятных карамельки…
Объехал вокруг света,
Причалил у ограды –
Родители, как дети,
Морскому волку рады!
Спросил я первым делом
О мятной карамельке.
Она лежит, – пропели, –
В голубенькой тарелке  [1, 104].

В иллюстрации есть и любование родителей сыном, и восторженные глаза ребенка, вглядывающегося в  одному ему видимые чудесные картины, и та самая родная ограда, санки и снежный ветер. 
Стихотворению «Грибники» тоже «повезло»: иллюстрация тонко передаёт  и радость от удачного похода в лес за грибами, и страх от  ночных чудовищ, в которые превращаются лесные коряги и пни. Корзина действительно тяжела, а темнеющий лес тревожен и в то же время притягателен. Не все образные подробности текста учтены иллюстратором («на ветках белочки играют», «течёт над нами звёздный плёс»), но очень выразительно   оформлено это стихотворение: иллюстрация занимает всю полосу, рисунок «обегает» текст.  Цельность оформления страниц, рождающая глубину восприятия, является замечательным достижением иллюстратора.
Кроме иллюстраций к игровым стихам о забавах детства автору особенно удались иллюстрации к  лирическим текстам, прежде всего, к стихотворению «Туман» [1, 58], «Брошенная деревенька» [1, 108], «Весенница» [1, 49]; хороша заставка к первому разделу сборника «Полянки». В этих работах А. А. Дурасов близок Николаю Александровичу Устинову, тонкому лирику, знаменитому  иллюстратору произведений о природе Д. Ушинского, И. С. Тургенева, М. Пришвина, К. Паустовского, Ю. Коваля.
Вспоминается Евгений Чарушин, автор своеобразных иллюстраций – «портретов» животных, когда видишь замечательные «портреты» птиц А. А. Дурасова. Это вполне реалистичные, но одновременно опоэтизированные образы иволги,голубого зимородка, свиристелей («по бокам на атласных рубашках самоцветы на солнце горят»), даурского соловья, оляпки («по льду бегая, свои обжигают лапки»), глухарей («женихи цыганисты, невесты пёстреньки»), пеночки («лесовички буреньки только с виду хмуреньки»), дятла («он заштопал дырочку и замазал смолкою»), гоголей, трясогузки («сарафанчик – пёстрый, клювик – тонкий, острый, хвостик – длинный, узкий»), козодоя, ястребиных славок и гаички. Познавательность детского сборника Горбунова усиливается благодаря данным иллюстрациям, книга начинает выполнять функцию художественной энциклопедии.
Некоторые иллюстрации всё же торопливы и, пожалуй, разрушают целостность эстетического впечатления от книги. Такими, на мой взгляд, являются рисунки к стихотворениям «Лесник», «Качели», «Дядя Федя», впрочем, многое в этой ситуации определяется художественным качеством текстов. Наверное, не просто настроиться всерьез на стихотворение, в котором «размахнулся дядя Федя, по сопатке тресь медведя» [1, 86]. 
В целом, художественное впечатление от сборника остается ярким. Художник нашел свой выразительный подход к творчеству поэта, а это всегда – настоящий праздник для читателей.
«Стихи для детей и родителей» – так обозначен адресат книги. Автор выполняет важную задачу, стремясь приобщить к поэзии всю семью – и детей, и родителей. Это не расхожий рекламный прием («книга для детей от 5-и до 50-ти»), а правильная позиция истинного поэта, понимающего, какие глубокие и тонкие нити с окружающим миром и с людьми – близкими и дальними – возникают при чтении настоящих стихов. Кстати, и это не так уж часто встречается у современных поэтов, сильная черта данного сборника именно в постоянном присутствии образов семьи, родителей, братьев, друзей. 
В год 350-летия Иркутска такие книги, как сборник «Родины свет», вызывающие особое чувство сопричастности к «малой» и «большой» родине, должны бы стать подарком каждой семье. 
Закончу рецензию на детский сборник Анатолия Горбунова его лирическим обращением к лебёдушкам, в котором – утраченная большинством из нас вера в возможную гармонию отношений человека и природы:

Лебеди-лебёдушки,
Молодцы-молодушки,
Сбросьте с неба пёрышко
На лужок, на полюшко,
На раздолье вербное:
Будет лето хлебное,
Травостои – сочные,
Реченьки – молочные!

И последнее: нельзя не отметить редакторскую и дизайнерскую работу коллектива издательства «Иркутский писатель», поскольку книга стала культурным событием, которое случается, когда к делу подходят не формально, а радостно,  ответственно и с любовью.

Литература

  1. Горбунов, А. К. Родины свет: стихи для детей и родителей / Анатолий Горбунов. – Иркутск : Иркутский писатель, 2011. – 112 с.