Резницкая М. П. / Произведения

Приключения Сойки

Сказочная повесть

На Багульничьей горе

В уютном гнёздышке среди непролазных кустов багульника жила крошечная Сойка – хозяйка горы. Волшебная птица с весёлым и озорным характером. Взлетит Сойка на самый верх, посмотрит вокруг, послушает, как идёт Снег, поговорит с ним, повоет с Ветром, всё проверит, попрыгает по веткам, лапки свои проворные поморозит и прыг назад, в домик, до тепла.
Так и зима минует. А уж весной и летом Сойка тут как тут – она повсюду. Прыгает и веселится, но и работать не забывает, поэтому на её горе всё цветёт, растёт и благоухает. В округе считают, что Сойка – лучшая управительница горы! Потому что она – смелая и решительная! А самое главное – добрая!
В деревне, что под горой, всегда знали и любили Сойку. Верили, что она поселилась на Багульничьей вместе с первыми жителями, когда те строили для себя высокие и крепкие дома. С тех пор она и живёт рядом.
Сойка умеет повторять любой крик, услышанный в лесу, она может подражать, кому захочет – петь и стрекотать, смеяться и кричать, но ещё, когда надо, то может превращаться в любой предмет, в любого зверя, в любого человека.

Бурундук Еврашка

У Сойки есть лучший друг – бурундук Еврашка. Они соседи, и ходят друг к другу в гости. Как завидит Сойка рыжую спинку с пятью тёмными полосками, то знает – Еврашка бежит. Тогда она насыплет ему брусники да кедровых орешков прямо на дорожке. Полакомится бурундучок гостинцами, и Сойке радостно, ведь она любит делать добро!
Как-то раз сидела Сойка на зелёной травке да глядела вокруг. Вдруг что такое? Потемнело небо. Видит она, а это Коршун из соседнего леса широкими крыльями небо застит – расправил их и кружит над Сойкиной горой, словно кого-то схватить намеревается. Пригляделась – точно! Целится он прямо на кедр на вершине горы! Надо спешить! Вмиг превратилась она в белую соколиху и кинулась узнать: что там происходит? А Коршун уже камнем падает, вот-вот схватит бурундука, который, забыв обо всём на свете, лезет за шишкой на кедре. Ну уж, нет! Никому не позволит она охотиться на своей горе! Раз-два! Порхнула и ухватила коготками испуганного Еврашку прямо у Коршуна перед носом. Разозлился тот, погнался вдогонку. Да куда ему! Кто ж Сойку-соколиху догонит?! Так и улетел ни с чем. А бурундуку Еврашке она строго настрого запретила лазить на деревья. Пускай шишки зреют, а семена сами падают на землю, тогда новые кедры вырастут.

Сойкина мечта

В деревне знают, что Сойка заботится о людях. А когда возвращаются домой, то принося дары леса, радостно сообщают: «Сойка прислала!»
Лето и осень быстро пролетели, чего только не бывало! Сойка порадовала людей – грибы, ягоды вырастила отменные. Это она научила птиц петь так, что заслушаешься! Ни на одной горе так не поют, как на Багульничьей! Но хотелось ей сделать для людей что-то особенное, хорошее – так любила она их.
Сидит Сойка на высокой ветке сосны, раскачивается, грустно смотрит на надоевший дождь и думу думает – скоро зима, люди в дома попрятались, печки затопили, в лес не ходят... И Еврашка уснул – сны волшебные видит. А весной проснётся и засвистит: фьють, фьють, фьють! Как они обрадуются друг дружке! Но до весны ещё далеко…
Раз-два! Подпрыгнула Сойка вверх высоко и увидела огоньки. Она знала – там деревня, там должно быть интересно! Но нельзя же оставить гору без присмотра! Вспомнила, как однажды зимой заигралась с Пургой в прятки и не заметила, как оказалась в деревне. Скрываясь, она спряталась за наличник отдельно стоящего домика. Пурга пролетела мимо, а она, приглядевшись к темноте избы, увидела мальчика, который с грустью смотрел в окно. Она запомнила его огромные печальные глаза. Почему же за всё лето он ни разу не пришёл в лес? Так хочется увидеть его снова и сделать для него что-то хорошее, чтобы он улыбнулся и стал веселее!
Как же манят огоньки, избушки, дым! И захотелось Сойке снова побывать в деревне! И вот что она придумала.

В корзинке

Поздняя осень. Но Сойка очень старается – катается по траве, дует что есть мочи на землю, согревает, чтобы появились самые последние грибы, кто-нибудь да придёт за ними. И вот пришёл в лес на Багульничью гору дядя Данила. Нету него детей, не дал Бог. Живут они вдвоём с женой Анной.
Собрал Данила грибы, наломал багульника для пряной засолки, порадовался. Походил вволю по лесу, пошуршал сухими листьями, надышался лесным воздухом и домой собрался. Вот тут-то Сойка и удумала – обратилась грибом, чудным груздем, белым, крепким. Удивился Данила, увидев прямо на дороге, непохожий на всех, словно мраморный гриб. Хотел срезать, а он сам в корзинку – прыг!
– Ишь, ты! – рассмеялся Данила. – Видать, Сойка помогает!
И, радостный, понёс корзинку домой. Едет Сойка, весело ей, качается, хорошо, хоть песни пой! Рядом прохладные грибы лежат, и родные веточки багульника нос щекочут. Захотелось ей подпрыгнуть, но она передумала, ведь теперь она обычный груздь и должна брать пример с настоящих грибов. А они до чего же скучные лежат, хоть бы словечко молвили! Но долго-то Сойка здесь лежать не собирается, ей бы только до места добраться, а там она что-нибудь придумает!
Пришёл Данила домой, ворота за собой запер, корзинку в тень поставил. Смотрит Сойка, но ничего ей не видно: то корзинка загораживает, то грибы мешают. Пока она думала, что делать, Анна взяла грибы и понесла в огород к бочке с водой – мыть. Начала перебирать – берёт в руки каждый гриб, любуется, хвою с него аккуратно снимает, потом в воду осторожно кладёт. Взяла она в руки и гриб-Сойку. Приятно стало от тёплых рук и захотелось сказать что-нибудь ласковое, но удержалась. Дольше обычного рассматривала Анна гриб-Сойку – пах он особенно, не сыростью, как все, а резко багульником лесным.
– Засушу-ка я его, – подумала Анна и отложила гриб в сторону.

В доме дяди Данилы

Пахучий чудной гриб положили на окно в зале. Но Сойке-то совсем не хотелось лежать и засушиваться! Как только все вышли из избы, она мигом спрыгнула на пол и принялась скакать – вверх-вниз, вверх-вниз. Вдруг – что такое?! Сойку чуть не поймал кот! Это чёрное с жёлтыми глазами-фонарями существо уже давно следило за Сойкой и давно уже поняло, что это и не гриб вовсе. Сойка тут же остановилась перед котом и спросила:
– Ты, что ли, хозяин в доме?
– Н… да… а, я, мяу, а тебе-то что? – ответил кот, щурясь и пытаясь лапкой подцепить гриб-Сойку.
– А вот что! Знаю, ты лентяй! У тебя мыши по дому бродят! Убирайся прочь! Теперь я тут жить буду! – выкрикнула Сойка и вмиг превратилась в белого пушистого кота.
– Это я лентяй? – выгнулся Чёрный. – А, ты… а от тебя багульником пахнет! Ты – не кот! – и вцепился в Сойку. Не-ет, она, конечно, не могла уступить! Началась драка, полетела шерсть, закрутились-завертелись хвосты, раздались кошачьи вопли!
– Ай, я…й! Анна вбежала в избу! Что за крик? Черныш, что с тобой?!
Сойка – вмиг на окно и стала опять прилежным грибом. А Черныш поплёлся к хозяйке и начал зализывать ранки. Он лежал на коленях Анны и время от времени сердито поглядывал на гриб, ворча и жалуясь на него.
Ночью кот, конечно, хотел схватить гриб, чтобы окончательно разделаться с ним, но хитрая Сойка тоже не спала и вовремя взлетала к потолку. В конце концов кот устал, так ничего и не добившись, ему ещё и попало, что мешал спать.
Так время шло. Драк больше не было. Черныш стал просто образцовым – ловил мышей и больше не капризничал. Анна дивилась такой перемене, не меньше её удивлял и гриб, который ничуть не засыхал. Она показывала его гостям, те смотрели, качая головами, и вдыхали неисчезающий аромат багульника.
Как-то к Анне за молоком пришла девочка Иринка. У неё была большая семья, жили они бедно, и своей коровы у них не было.

В молоке

Анна любила Иринку и жалела её, поэтому первым делом напоила молоком, потом показала ей чудо-гриб. Иринка взяла в руки Сойку и начала рассматривать, удивляясь:
– На Багульничьей горе!? А как багульником-то пахнет! Это точно – Сойка прислала!
Тогда Анна, радуясь, ответила ей:
– Как только у нас этот гриб появился, то всё стало – слава Богу!
А Сойка, как услышала своё имя, так подумала, что теперь ей нечего прятаться и притворяться. Она выпрыгнула из рук Иринки и закрутилась по полу, словно юла.
– Ой! Ой! – враз закричали Иринка и Анна и принялись ловить гриб.
Поднялась суматоха – кот, щуря глаза, прыгал, пытаясь ухватить скачущий гриб, Иринка смеялась и визжала что есть мочи. Наконец, Анна, охая, присела на табурет и стала обмахиваться фартуком, а Сойка тем временем, высоко подпрыгнув, булькнула в стоящую на столе кринку с молоком и затихла.
Долго ещё охала и причитала Анна, Иринка хлопала в расставленные ладошки, а кот, сверкая глазами, крутил хвостом и отрывисто мяукал. Наконец, когда все поняли, что гриб исчез бесследно, успокоились. Кот ушёл и устроился на своей лежанке, Анна села в кухне на лавку, а Иринка, забрав кринку с молоком, отправилась домой.

Подарки

Когда Иринка приближалась к дому, ей навстречу выбежала младшая сестрёнка и попросила попить молока. Но Иринка строго ответила:
– Нет, потерпи, мама сварит кашу и тебе нальёт!
– Но мама опять заболела, – грустно ответила та.
Сойка всё слышала. Ей было очень жалко девочек. Когда они вошли в избу, то Иринка принялась разливать молоко – кружку сестре, кружку – маме, остальное – в кастрюлю, которая грелась на печи. «Вот ещё свариться не хватало!» – подумала Сойка и прыгнула белой каплей на старую шаль, укрывавшую плечи матери. Присела там и задумалась – чем помочь?
– Девочки! – позвала мама. – Кто принёс багульник? Так приятно пахнет! У меня даже голова перестала болеть! Пойду-ка я, приготовлю ужин!
Сойка обрадовалась – не зря она старалась, так сильно думала! А когда все уселись за стол есть вкусную кашу, Сойка мигом превратилась в малюсенького паучка и незаметно, стёжка за стёжкой, начала перевязывать старую-престарую мамину шаль, на новую.
– Ах! – всплеснула руками мама, заметив обнову. – Шаль-то обновилась! Дети, не зря повсюду так пахнет багульником! Это Сойка нас навестила – к добру!
Как только паучок-Сойка услышала своё имя, радостнее и быстрее начала ползать по одежде, перелицовывая всё, что попадалось на пути. Дети с восторгом примеряли новые шапки, шубки, валенки, кофточки, носочки. Мама плакала от радости, повторяя:
– Вот это да! Вот вам и подарки к Новому году! Не зря я сегодня во сне новую одёжу видела!
А напоследок в доме появилась ёлка. Но Сойка здесь ни при чём! Ёлку из лесу принёс дедушка. Он подарил своим внучкам самую пушистую и самую лучшую лесную красавицу.

Ёлка

Ёлка была на редкость красивой. Развесистые мохнатые лапы, тонкий стройный ствол делали её удивительно живой, и казалось, что она, танцуя, движется по комнате. Хвойным ароматом наполнился дом. Он перемешался с запахом мороза, который клубами проникал в избу через входную дверь, и все знали, что вот это и есть запах приближающегося Нового года. Ёлку украсили.
Где же Сойка? А она, как увидела знакомую ёлочку, так и прыгнула на неё, обратившись в нетающий снежный ком. Она представила себя в родном лесу. Все новости узнала Сойка и расстроилась, что эта ёлочка больше никогда не будет жить на горе, потому что её срубили. Теперь-то Сойка понимала, куда люди уносили ёлки под Новый год. Оказывается, их приносят в дом, наряжают в огоньки, цветные игрушки и при этом радуются.
Чудесный белый шарик, пахнущий багульником, как-то совсем незаметно для самой Сойки, оказался в тёплых ладошках Иринки. Она рассматривала его. Но Сойке было тоскливо и совсем не хотелось играть. Как же там ёлочки? Вдруг ни одной не осталось? А они так медленно растут!
Сойкина тоска передалась Иринке – та тоже загрустила. Вот этого не надо! Никаких печалей на Новый год! И Сойка мигом стала новогодним подарком – кульком шоколадных конфет в руках девочки. От неожиданности Иринка вскрикнула и рассмеялась. Потом закружилась по комнате, подбрасывая кулёк вверх.

У Елены Николаевны

Вволю напрыгавшись, Иринка собрала учебники в портфель, положила туда конфеты и отправилась к учительнице Елене Николаевне. Надо было показать трудную задачу, которую Иринка всё-таки решила. Но правильно ли? Часто Иринка бегала в дом к своей учительнице, потому что там было интересно.
Елена Николаевна жила одна, у неё не было ни мужа, ни детей. Зато в доме жили кошки. Много кошек. Она их подбирала по всей округе: кому-то стала не нужна старая больная кошка, кто-то пожалел топить котят – всех подбрасывали сердобольной учительнице. Та подбирала, отогревала, кормила и любила. Кошки её тоже любили.
Елена Николаевна обрадовалась Иринке, которая помогала ей ухаживать за котятами. Они долго возились, потом, устав, сели за учебники. А когда была решена задача, Иринка заторопилась домой. Елена Николаевна угостила её пирожками с капустой, а Иринка, достав из пакета горсть конфет, положила на стол. Сойка еле-еле успела запрыгнуть в одну из них.

Конфета

Елена Николаевна взяла со стола конфету, развернула, как вдруг отстранилась – от конфеты сильно пахнуло лесным багульником.
– Надо же! Подумать только! Стали делать конфеты с запахом багульника! – поразилась Елена Николаевна и задумалась. Давным-давно, когда она была молодой, жених водил её на Багульничью гору слушать соловья. Каким ранним было то утро! Как густо цвёл тогда багульник! Он нарвал для неё букет, и они были счастливы! И Сойка вспомнила весёлую смеющуюся девушку, которая любовалась весенним лесом и пела таким великолепным голосом, что соловьи замолкали.
Елена Николаевна отложила конфету в сторону и, подойдя к окну, загрустила. Куда ушли годы? Жених уехал и не вернулся…  И с тех пор она уже ни с кем и никогда больше не ходила в лес слушать соловья.
Сойка не любила грусти! Она вмиг стала прекрасной веточкой цветущего багульника. Когда Елена Николаевна вернулась к столу, то вскрикнула от радости. Сойка почувствовала, как нежные пальцы бережно взяли её и поставили в вазу с водой. Благоуханием весеннего леса наполнился дом, а Елена Николаевна смотрела на багульник и улыбалась. И Сойка была рада!

Исчезновение веточки

Веточка-Сойка жила хорошо, но она перестаралась. Ей хотелось отдать доброй женщине весь запах леса, весь запах багульника, и она это делала изо всех сих – отдавала, отдавала, отдавала! Однако кошки заболели и слегли.
Елена Николаевна перепугалась, не зная, что делать. Она не могла понять, что причина в неувядающей веточке багульника. Но Сойка догадалась. Собрала она тогда весь запах леса в свой невидимый мешок и улетела, оставив на столе лишь несколько фиолетово-алых лепестков-сердечек.

У тёти Шуры

До весны ещё далеко, а пока стоит зима. Вот и Сойка кружится на улице белым невесомым шариком, похожим на крупную снежинку.  Подлетает к окнам, приникает к стёклам, всматриваясь внутрь: не здесь ли живёт мальчик с большими грустными глазами?
Тут появилась Пурга и снова позвала играть. Разве Сойка откажется? Она принялась кувыркаться, подпрыгивать, стремительно летать и не заметила, как оказалась крепко приклеенной к холодному тёмному окну дома тёти Шуры. Видит она – сидит тётя Шура печальная, слёзы вытирает. Сойка сразу же узнала её! Кто как не тётя Шура первая прибегает в лес весной, чтобы полюбоваться на распустившуюся вербу? Она и травы все знает, собирает их аккуратно, а потом сушит и людям раздаёт. Что же случилось? Слышит, как та приговаривает:
– Эхе…хе! Думала, сынок приедет на Новый год, а его всё нет и нет… И писем – нет…
Тогда проникла Сойка в дом через печную трубу. Тётя Шура, как только почувствовала, что запахло багульником, перестала плакать, а когда увидела крошечную беленькую девочку, словно вылепленную из снега, то всплеснула руками:
– Откуда взялось, дитятко?
– Сойка прислала!
– Ах, как же я сразу не догадалась!? Радость-то какая! Сама Сойка ко мне наведалась! Теперь всё будет хорошо! Приедет сынок домой! – и она бросилась топить печку, ставить самовар, стряпать пирожки. А Сойка-девочка бегала за ней и помогала. Потом постучали в дверь – это почтальон принёс письмо от сына, который обещал скоро приехать.
Тут Сойка подпрыгнула, вновь превратившись в пушистый шарик, и дала волю своему восторгу – она так кувыркалась и летала, что тётя Шура подумала: неужели свет мигает в лампочке? Или она все глаза проплакала, ожидая сына?
В последний раз оттолкнулась Сойка от потолка и вылетела на улицу.

Мальчик Ваня

Хорошо зимой! Мальчишки играют в снежки. Так и Сойка попалась – закатали её в ком и бросили…  Целились в шапку, а попали в открытую створку окна!
Плюхнулась она на пол в избе и уселась, протирая глаза от налипшего снега. Потом чихнула, огляделась. Прямо на неё удивлённо смотрел тот самый мальчик. Она сразу узнала его! Те же большие грустные глаза:
– Ты кто? – спросил он, улыбаясь.
– Здрасти! А… а… апчхи-и-и! –  снова чихнула Сойка.
– Ой! Это ж Сойка! – услышала она звонкий голос и почувствовала, как её крепко схватила рыжая девочка Мотя, выбежавшая из кухни. Сойка хорошо знала Мотю – громкоголосую и шумную девочку, которая не церемонилась в лесу, а рвала всё подряд. После Мотиного прихода на гору Сойка долго расправляла помятые цветы, а раздавленные ягоды глубже прятала в землю. Мотя, видимо, что-то готовила, и её руки были в муке. У Сойки снова защекотало в носу:
– А… а… апчх-и-и-и-и! – чихнула она опять и, напрягшись всем телом, выпорхнула из цепких рук девочки.
– Лови её, лови! – закричала та, махая руками.
Но Сойка притаилась на потолке и наблюдала оттуда. Пока её не замечали. Однако она успела рассмотреть и понять всё. Мальчик оказался больным – он сидел в коляске и с укоризной повторял Моте:
– Эх, зря, ты, сестрёнка, её напугала! Ведь Сойка счастье приносит, а я столько лет жду, что меня пригласят на операцию в город! Знаешь же, как я снова хочу ходить…
– Увидишь, Ваня, мы её поймаем, посадим в ящик, и станет она жить у нас и все желания исполнять! Ты помнишь, надо в её зеркальце на крыле взглянуть, тогда всё сбудется! Чуешь, откуда багульником пахнет? Здесь она где-то рядом! – тараторила Мотя, заглядывая то под стол, то под стулья.
– Нет, что ты!? Её нельзя запирать! Сойкино место в лесу! А я ведь видел её прошлой зимой! Она заглянула в наше окошко, надо было бежать за ней, тогда желание бы исполнилось! Но куда я побегу… И снова весь год я ждал её! И вот теперь… – Ваня с грустью поднял глаза и тут же заметил Сойку в углу на потолке по чуть заметному сиянию. Он замолчал и улыбнулся.
Мотя тем временем закрыла окно, принесла фанерный ящик, приготовила сачок и села передохнуть, понимая, что теперь Сойка никуда не денется.
– Сестрёнка, давай ужинать, – попросил Ваня. – И… у тебя что-то подгорело на кухне! – придумал он, чтобы Мотя вышла.
– Ай, я… яй! – подскочила та и стремглав бросилась из комнаты.
Ваня тем временем прошептал, обращаясь к Сойке:
– Не бойся, я не позволю запереть тебя! Мотя хорошая, просто хозяйственная и хочет, чтобы у неё всё было в доме… Даже ты!  – и он, с трудом привстав в кресле, распахнул окно.
– Лети!
– Но я хочу помочь тебе! – И Сойка, обратившись птицей, закружилась рядом с Ваней.
– Помочь? – переспросил он, опустив глаза. – Я не могу ходить, чем тут поможешь…
– На! Вот! – И Сойка протянула непонятно откуда взявшуюся в её клюве телеграмму. Ваня стал читать и очень обрадовался, что его ждут в городе на операцию.
– Огромное спасибо! – воскликнул он и закричал сестре: – Мотя! Мотя! – желая поделиться неожиданным известием.
– Иду-иду! Нашёл Сойку? Ага, попалась! – раздалось из кухни.
А вот теперь пора и улетать! Раз-два! И Сойка выпорхнула в окно, только лёгкое ярко-голубое перышко осталось кружиться в комнате.

В лес! В лес!

Ах, как же она соскучилась по родному лесу! Как там на Багульничьей горе? Еврашка-друг ещё не проснулся?
Совсем скоро земля попросит солнце снять с неё снежную шубу и зацветёт. Спеши, Сойка, домой!
Вот летит она по улице то лёгким шариком, то быстрой птицей.
И поднимается выше домов, выше деревьев – это Сойка прощается с деревней до следующей зимы. Постепенно шарик становится всё невесомее, всё прозрачнее, лишь пряный запах багульника долго вьётся вслед Сойке до самой горы.