Шастина Е. И. / Произведения

Сказочница Раиса Егоровна Шеметова

Беспутный сын

В одной деревушке жила старуха-мать, и у неё был сын. Этот парень был дураковатый. Ничего не делал. Мать что мало-мальски подработает – его и кормит. Говорит:
– Ванюшка, ах ты, хоть бы что-нибудь работал.
– Но, завтра начну, мать, работать.
Вот сегодня, завтра, послезавтра – ничего Ванька не делает. Только дурачится: где надо хорошо сделать – он худо сделает, где надо худо сделать – он хорошо сделает. Мать прямо измаялась с ним.
– Ну, делай же, Ванька, что-нибудь!
– Ладно, завтра.
Вот назавтра встал и говорит:
– Дай-ка мне платок, мать.
– А ты куда с платком-то хочешь идти?
– Я пойду воровать учиться.
Мать думает: «Да хоть бы ты куда заблудился, ушёл бы от меня».
Дала она ему краюшку хлеба, в платок завязала. Ванюшка и убежал.
Вот зашёл в густую-густую чащу и краюшечку положил на пенёк. Сам убежал в сторону и завязал глаза себе: «Вот прямо ежели я к этой краюшке приду – то буду я вор страшный!»
Шёл-шёл с завязанными глазами, пришёл прямо к этой краюшке. «Вот теперь я начну работать», – думает.
Назавтра поел, побежал в город. А его все в городе знали, что Ванька-дурачок везде бегает.
Вот едет барин в фаэтоне, увидал его:
– Куда, Ванюшка, бегаешь?
– А в город, барин, ходил я.
– Что работал?
– Воровать учился. Надо мать кормить.
– Садись со мной, я тебя подвезу.
Сам думает: «Я с ним, мол, побалагурю». Едет и говорит:
– Знаешь, Ванюшка, раз ты воровать научился, украдь у меня этого Виноходку.
Красивый жеребец Виноходка!
– Украду, барин, украду.
– А когда ты воровать будешь?
– А-а, барин, не укажу числа. Так только я украду, ты у меня коня возьмёшь, и всё?
– Нет, Ванюшка, ежели ты у меня Виноходку украдёшь, я тебе сто рублей денег откачу. А если не украдёшь – ты мне сто рублей
– Ладно, барин.
Вот заехали они дорогой к барину, Ванюшка и говорит:
– Ты мне, барин, дай взаймы три рубля. Я потом с тебя возьму и тебе заёмные отдам.
Ну что же, то ли дать, то ли нет? Барыня и говорит: «Дай, барин, пусть он хоть покурит, пошикарит».
Ладно. Ванька убежал, а барин говорит конюхам своим:
– Знаете, ребятки, вы теперь Виноходку покрепче держите, ночью замыкайте, в поле одного не пускайте.
– Ладно.
День-два и неделя, может, прошла, и про всё забыли это. А Ванька всё мечтает. Вот однажды он забежал в магазинчик, взял четверть вина, притащил домой.
А кроме Ваньки, были у него ещё два брата – те умны были. У одного брата Ванька одну кобылёнку худенькую украл. Вечером все прилегли спать, Ванька эту кобылёнку запрёг, вытащил кожаную суму, четверть в неё поставил, деревянную чашку в сумину бросил и поехал в поле. Приезжает в поле, а там озимое одно место такое, и видит: вон-вон конюха бариновы спят.
Тогда Ванька нарочно заехал в эту грязь, кобылёнку завязил и кричит:
– Э-эй, ребята, пособите!
Конюха и говорят:
– Ребя, это ведь Ванька где-то кричит… Где-то Ванька кричит, паря.
А он ещё пуще кричит:
– Пособите-е!
– Сбегаем, он что там, Ванька, делает
Конюха бариновы прибежали, а Ванька плачет, стоит:
– Ребята, пособите мне кобылёнку вытащить.
– А ты куда, Ванька, ездил?
– А мой брат Степан собиратся завтра печку класть, отправил меня по вино, и я вот ехал, ехал, неладно заехал, кобылу завязил. Вытащите мне, ребята.
Эти ребята кобылёнку подхватили, вытащили. Он её оттёр от грязи.
– Ну, поедемте, ребята. Вы где-то спите
– Да вот наш огонь, Ванюшка.
Подъехали к огню, тащит Ванька сумину, вытаскивает четверть вина, вытаскивает деревянную чашку, наливает.
– Пей, паря. Спасибо, что вы мне кобылу вытащили.
Ну, и пошли этих двух конюхов поить. Четверть вина – трёхлитровая. И напоил вдребезги конюхов. Свалились они, спят. Ванька эту кобылёнку отпустил, Виноходку поймал, повёл домой. Привёл баринову Виноходку, привязал под завозню, сам на печку залез.
Утром конюха проснулись:
– Тот конь, другой конь – здесь, а где же Виноходка?
Бегают, ищут – нет Виноходки.
– Наверно, домой он ушёл, – говорят.
Прибежали домой:
– Ну, барин, нету Виноходки.
– А где вы его потеряли.
– Вот в поле ночевали, караулили коней, и Виноходка потерялся.
Барин говорит:
– Ступайте к Ваньке. Значит, он у Ваньки.
Один конюх побежал к Ваньке, в ограду зашёл – стоит Виноходка.
– Ваня, ты зачем у нас Виноходку взял?
Отвязывает Виноходку, Ванька не даёт:
– Я сам поведу к барину.
Сел Ваня на Виноходку, поехал к барину.
– Плати, барин, деньги.
Нечего барину делать – заплатил. А самому жалко. «Как бы, – думает, – вернуть их?»
– Давай, – говорит, – Ванюшка, договоримся: украдёшь с меня нижнее бельё – плачу тебе двести рублей, а не украдёшь – ты мне мои возвращаешь.
– Ладно.
– А когда ты, Ваня, будешь воровать?
– А-а, барин, число не указано.
Ванюшка крепко думает: «Как же я буду бельё с барина воровать?» Думал-думал день-два, вздумал.
Пошёл Ванюшка, купил бутылку дрожжей, скотский пузырь свежий и маленькую пикулечку. Дрожжи поставил на печку, чтоб тёплы были, а сам пошёл к барину на кухню – узнать, что да как. И услышал, как там говорят: «Сегодня у нас барин с барыней пойдут в гости».
Вот Ванька вечерком прихватывает эту бутылку дрожжей под пазуху, берёт пузырь скотский и пикулечку и пошёл к барскому дому. А барин с барыней собрались в гости и слугам наказывают: пока, мол, мы в гостях будем, так вы нам комнату проветрите, чтобы воздух свежий у нас был.
Служанка окно в комнате открыла, проветривает, сама прибирается. Только в другую комнату ушла, а Ванька залез в комнату – и под кровать. Сидит.
Темно стало, барин с барыней из гостей пришли, полегли спать и крепко уснули. Слышит Ванька – крепко спят барин с барыней. Тихонечко вылезает из-под кровати и им в серёдочку вылил эти дрожжи.
А стряпка да экономка спали рядом, неподалёку, в комнатке другой. Ванька поднадул пузырёк и положил им в серёдку между ними.
А два конюха спали в сенях. Волосы у них большие. Взял да и связал их.
Старушонка ещё там на топчанчике спала у них, Ванька ей и вставил пикулечку.
Вот ладно. Барыня разбудилась:
– Ой, запах какой-то! – дрожжи-то кислы. – Ой, барин, у тебя живот болит?
– Нет, барыня, у меня живот не болит. Может, у тебя болит? Ты укостилась?
– Нет, барин, у тебя.
Хотел барин свет зажечь – спички на комоде не может нашарить. Этой экономке закричали:
– Клава, подай нам спички!
Разбудились стряпуха да экономка:
– Ой, ты родила! – что-то у них там мягко катается. – У тебя брюхо большое было. Ты родила!
– Нет, ты родила!
Пузырь пощупали – он мокрый, свежий, и опять друг на дружку. Не может барин спичек дождаться, кричит конюхам:
– Вы там, Коля ли Миша, подайте нам спички!
Стали конюха подниматься, а они связаны.
– Отпусти, паря!
– Нет, ты меня отпусти!
Не может барин спичек дождаться, что за беда! Кричит:
– Бабушка, подай нам спички, пожалуйста.
Бабушка говорит:
– Не знаю, где спички. Я вам лучше огонь вздую – лучиночку.
Старуха начала огонь раздувать, а у ей пикулечка играет.
– Ой, барин, у меня <…> разладилася, не могу лучинку вздуть.
Вот все шумелись, шумелись, барыня и говорит:
– Давай, барин, снимем всё это, в простыню завернём.
Пошарила в комоде чистое бельё:
– На тебе, барин, а это в простыню завернём, завтра разберёмся.
Всё сняли и под кровать бросили, а сами заснули. Ваня всё завернул крепко, под пазуху спрятал, в окошечко вылез и убежал. Украл. Всё украл, и даже простынь из-под них украл. Вот как.
Вот утром разобрались – белья нет, чубы связаны, у кого пузырь лежит… «Барин, это Ванька был, наверно, у нас». Опять отправляют: «Лакей, сходи за Ваней». Барыня ругает барина: «Вот связался с кем, это что такое?»
Пришёл Ванька, тащит узелок.
– Здрасьте.
– Здравствуйте. Ну что, Ванюшка, украл?
– А не украл, так не принёс бы. Вот вам. Даже и простынь ваша здесь, не только бельё.
– Но, Ванюша, не шути, отдай.– Нет, какие шутки! Плати деньги мне, и всё.
Ой, барыня ругает барина: «Связался ты с кем!»
А делать нечего – крутились, крутились – выложили двести рублей, отдали. «Ну, ничего, барыня. Мы выкрутим у него».
Вот и день, и два, и три Ванька шикует – деньги есть у Ваньки.
Опять лакея отправляют: «Иди, лакей, по Ваньку». Пригласили этого Ваньку, закусили, подвыпили.
– Знаешь что, Ваня, ты уж начал с нами куролесить, так докуролесивай.
– А в чём дело, барин?
– Ночуй с моей барыней.
– Ой, барин, я не учился с твоей барыней ночевать. Вот украсть я украду у тебя.
– Ну, Ванюшка, выпей давай, – угостили ещё. – Ночуй, Ванюшка.
– Ночую, барин
Барыня ругается.
– Ну, барыня, деньги-то ведь надо же выкрутить с него.
– Знаешь, Ванюшка, ежели с моей барыней ночуешь, то тебе триста рублей, а не ночуешь, то вот эти же мои деньги мне отдай.
– Ночую.
– А когда ты, Ваня, будешь ночевать?
– Не указано число.
Неделя, две, три идёт – Ванька смекает. А тут неподалёку в соседях товарищ у Ваньки болел. Вот он всё в больницу к ему бегал – узнавал:
– Ну что, товарищ мой выздоравливает, нет ли?
Ему няни говорят:
– Нет, всё, Ванюшка, твой товарищ скоро помрёт. Не сегодня-завтра помрёт.
А дело уже было к осени, холода начинались. Ну, вот Ваня услышал – товарищ умер у него, товарища хоронят.
Сходил Ваня в магазин, купил пару белья хорошего, флакон одеколону. Ночью сбегал Ванька, этого покойника откопал тихонечко и притащил, а он уж замёрз: дело осенью, холод. Притащил Ванька покойника барину в заулок, где-то спрятал. Сам поднарядился, обмылся, бельё новое, чистое надел, весь надеколонился, пошёл.
А барин с барыней лежали, комната проветривалась, и окно было открыто. Они уснули. Ванька подкрался, слышит – барин с барыней спят крепко. Он этого покойника наперекося в окне поставил, а сам за угол стал. Барыня разбудилась:
– Ой, барин, Ванька лезет.
Барин рукой дотронул:
– Ой, он замёрз уж! Что делать теперь будем? Ну, ничего.
Взял да рукой толкнул его, и тот упал. Надевает барин плащ, тапки, а до этого он всем наказал – конюхам, на кухне – всем, чтоб никому ночью не отпирать. Оделся барин и говорит:
– Барыня, я его оттащу вон к Ангаре. Брошу его там.
Пока он его наваливал да в реку таскал, Ванька в этот момент раз – в окошко к барыне. Окошко закрыл.
– А он, – говорит, – ещё живой маленько.
Барыня – ну что же, она набоялась! – поймалась за Ваню крепко-накрепко, думает, муж это. Тут барин прибежал, стучится в окно:
– Барыня, барыня!
А Ванька ей тихо:
– Молчи, это Ванька прибежал.
Вот барин уж замёрз – что же в тапках осенью. Бегает, стучит:
– Откройте мне, откройте!
– Ничего не откроем. Нам барин не велел никому открывать.
Бегал, бегал и в конюховскую, и туда и сюда – никто ему не отпирает.
Утро настало – Ваня с барыней, а барин бегает.
Нечего делать, уехали барин с барыней из этого города, чтобы от Ваньки отделаться. Шибко он им насолил.

Словарик

Куролесить (докуролесивать) – озорничать, проказничать
Надеколонился – обрызгался одеколоном
Пикулечка (пикулька) – свистулька
Пошикарить – вести шикарную, роскошную жизнь
Сумина – большая сумка
Укостилась – обкакалась