Хохряков Е. М. / Произведения
Звезда упала на ладонь
Ксюха лаконично написала: «Жду на вашем месте в семь часов».
На «вашем месте», это значит на высоком берегу над рекой. Там, среди ельника, три наших пенька: для меня, Вовки и Санюры. Никто об этом тайном месте в посёлке не знал. Откуда Ксюха пронюхала?
Вот что здесь в темноте делать? Сидеть на пеньках и нос отмораживать? Придумает же! Однако делать было нечего. Не каждый день тебя сама красивая девочка в школе на свидание зовёт…
– Ты знаешь, когда я смотрю на небо, то никак не могу поверить в то, что оно не имеет границ!
Ксюха откинула голову и смотрела на звёзды, которые в нашем сибирском морозном небе всегда бывали огромными и яркими. Честно говоря, я ещё не знал – какими они бывали в других городах и странах. Потому что дальше своего посёлка я никуда пока не ездил.
Мы уже почти час сидели над речкой.
– Вот как может так быть, что ни конца, ни края нет? – чуть ли не возмутилась Ксюха. – Ведь у всего есть начало и конец.
– Не знаю, – честно ответил я. – Сашка сказал как-то, что наш мозг не может выдержать такого знания. Поэтому и думать даже не стоит на эту тему. Что нам даст понимание бесконечности? Я вообще где-то прочитал, что самое глупое и подлое изобретение человека – это время!
– Как это? – не поняла Дмитриенко.
– Всё просто. Это нам только кажется, что важно знать какое сегодня число, год какой, который час. Ведь звери этого не знают. И живут счастливо.
– Почему счастливо? – спросила Оксана, прижимаясь к моему плечу – становилось холодно.
– Потому что. Смотри сама. Вот сейчас нам по тринадцать лет. Ещё семьдесят и нас не станет. А зачем мне знать, что с каждым годом мне и тебе, а также маме и Светке, моей сестре, остаётся всё меньше жить? Почему мы с детства знаем, сколько нам отведено жить на этом свете? Зачем нам это нужно? Чтобы мы каждый день планировали, что нам делать, чтобы спешить успеть что-то совершить?
– Ну да, – сказала Ксюха. – А как иначе?
– А никак, – разозлился я. – Прошлой осенью сосед наш, Витька Огородников, на своей моторке поплыл с отцом на уток охотиться. Увидели на воде уток. Витька встал в лодке да с двух стволов по табунку и жахнул! Его из лодки выбросило отдачей. Отец даже ничего понять не успел, как Витька камнем на дно пошёл. Телогрейка, свитер, тяжёлые сапоги, патронташ с патронами. И не стало Витьки. А он только в десятый класс перешёл. Какие-то планы были? Были. И нет больше планов…
– Ужас! – прошептала Оксанка. И внезапно заплакала. Плечи её затряслись, она зашмыгала носом. И в свете звёзд я увидел, как по её щекам покатились слёзы.
– Ты чего, Оксан? – всполошился я, ругая себя последними словами за свой такой страшный рассказ. – Ты ж не знала Витьку. Чего ты?
– Я не про Витьку, – всхлипнула девчонка. – Я про маму мою. У неё тоже планы были! А теперь её нет! Почему так?
Конечно, ответа у меня не было. Я снял варежку и указательным пальцем вытер слёзы у Оксаны. И сразу застеснялся своего невольного жеста.
– Слушай, ты меня прости! Я не хотел на такую тему говорить. Как-то случайно вышло. Иногда такие идиотские мысли в голову приходят.
Оксана не отвечала. Просто плакала. Я решил помолчать, потому что не знал, что делать. Сидел и смотрел на небо. Оно скатывалось вслед за рекой за далёкие гольцы. Было красиво и страшно. Видимо, я впервые видел такую бесконечно бесконечную картину. Засмотревшись на небо, я не заметил, как Оксана перестала всхлипывать.
– Красиво как! – вздохнула она. – Жутко. Неужели мы одни во всём мире? Ой, смотри, звезда упала!
Я тоже увидел мгновенный прочерк по небу. Словно кто-то белым карандашом чиркнул по чёрной бумаге:
– Звезда упала на ладонь,
И в ней замёрзла…
– Чьи это стихи? – спросила Ксюха.
– А что?
– Красиво. А дальше как?
– А дальше я ещё не придумал, – смущённо ответил я.
– Ты что, стихи пишешь?! – изумилась Ксюха. – Почитай, а?!
– Ничего я не пишу! Так, просто слова вырвались.
– Не-е, Серёжа, это очень красивая строчка, – загорячилась Ксюха. – Ты обязательно допиши это стихотворение. У тебя получится.
Она вздохнула:
– У тебя всё получится. Ты хороший и добрый.