Детские писатели: Янковский Константин Дмитриевич - список произведений
а б в г д е ж з и к л м н о п р с т у ф х ц ч ш э ю я
Звукозапись
Экранизация
Литературные вечера
Автограф

Янковский К.Д. / Произведения

МАЛЫШ


Я остановился. Впереди на полузаросшей таежной тропе за сломанной ветром осиной стоял медведь. Давно ждал я этой встречи. И все же она была неожиданной, как мне показалось, для нас обоих. Метров двенадцать разделяло нас. Медведь разглядывал меня, я – его. Зверь был настроен дружелюбно. Я не чувствовал ни малейшего желания убивать его.
– Вот, Малыш, мы и встретились, – громко сказал я. Громадина слегка наклонила набок голову и ответила глухим рокочущим басом.
Несколько лет тому назад следы жизнедеятельности Малыша, как назвал я его, стали встречаться на этом участке. Сперва это были разрытые муравейники, развороченные валежнны-колодины, копанины, и на выброшенной земле ясно отпечатывались его лапы. Он был совсем молодым, но недоверчивым и осторожным. Встречи со мной избегал.
От избушки до ручья, где я брал воду, метров около ста пятидесяти. Я ходил к ручью обычно утром и вечером, а иногда и в темноте. Начал и он приходить туда, только в другое время. Мне не верилось, что зверь может напасть на меня. Он мог это сделать в любой мой заход в тайгу. Ведь я часто не брал с собой своих остроухих друзей. Они мешали мне при наблюдениях за обитателями тайги.
Случилось так, что я несколько месяцев не был на своем участке, а, придя осенью, обнаружил «капитальный ремонт» моей избушки. Крыша была разворочена, бревна стен сдвинуты, потолок провалился. Железная печка, которую с таким трудом я притащил сюда, сплющена. трубы смяты.
– Эх, Малыш, Малыш! Что ты натворил! – Но что заставило его так поступить? Мелькнула догадка. Остатки от большого костра на месте, где я раскладывал маленький огонек, сломанная рябина, что росла под окном, срубленные молодые деревца около избушки. Исчезли некоторые предметы домашнего обихода и часть продуктов из лабаза. Вот что раздражило Малыша: «чужой» запах людей, пришедших сюда. Нехороших людей, не таежников. Может, они стреляли по нему...
На следующий год я покинул старое зимовье. Построил другое. Вскоре медведь начал наведываться и туда. Только теперь он подходил к воде с другой стороны ручья, где был пологий спуск, и громадные следы его отпечатывались на бархатистом песке... У нового зимовья он дров мне не заготавливал, но исправно ворочал колодины и рыл «погреба».
Как-то осенью я пошел навестить избушку. Не доходя до своего участка, повстречал группу женщин и двух мужчин. Запыхавшись, перебивая друг друга, они рассказывали, как их погнал «огромадный» медведь. Как вышел он на тропинку, как встал на задние лапы и заревел!!!
– Спервоначалу мы остолбенели, а потом как припустили, – скороговоркой проговорила одна из женщин, боязливо поглядывая вокруг.
– Счастье ваше, что не погнался зверь за вами. Никогда не надо убегать. Разве от него убежишь, если он вздумал бы догнать? Лучше всего стоять на месте. Зверь сам уйдет. Да вы еще могли устроить такой джаз-оркестр, что медведь не только бы ушел, а убежал бы от вас – сказал я, показывая на ведра. – И для чего вы пошли на этот участок?
– Думали, что ягод там навалом.
Ганга в этом участке темная, и места совсем не ягодные. – Я рассказал, как пройти на хорошие ягодники.
А вы туда, к медведю, идете?
Да.
Не ходите. Убьет он вас.
Не думаю. Ведь это, наверное, мой Малыш. Мой егерь.
Кто!?
Мы расстались. Я стоял до тех пор. пока они не скрылись из виду. На всякий случай зарядил ружье. Малыш, обозленный вторжением незнакомых людей, мог пойти следом за ними. Надо быть готовым ко всему.
Когда убедился, что медведь и не думает их преследовать, пошел в глубь тайги.
...И вот мы стоим друг против друга.
Малыш, егерь мой. Вот мы и встретились!
Он чуть приподнялся на задних лапах и стал еще более громадным. Я стоял неподвижно. На левом плече – ружье.
В полном молчании и неподвижности прошло, может быть, полми- иуты, а может, и меньше, но стоять дольше стало просто невыносимо. Надо идти прямо на него, решил я.
Малыш, сворачивай! — Я медленно пошел по тропинке.
«Свернет или не свернет?»
Медведь опустился на лапы и заворчал. Заворчал тихо, внушительно, но без злобы. Метров шесть теперь отделяло нас.
Малыш, сворачивай, — повторил я, готовый в любой момент сорвать с плеча ружье. И Малыш свернул. Покачивая огромной головой, поглядывая на меня маленькими глазками, он отошел в чащу метров на пять и, став боком ко мне, не спускал с меня глаз.
Ровным шагом прошел мимо него, и когда он был уже сзади, очень захотелось оглянуться. Но не разрешил себе этого. Чувствовал, что он смотрит мне вслед. Было все-таки жутко.
Это была наша первая встреча.