Детские писатели: Ольхон Анатолий Сергеевич - список произведений
а б в г д е ж з и к л м н о п р с т у ф х ц ч ш э ю я
Звукозапись
Экранизация
Литературные вечера
Автограф

Ольхон А.С. / Произведения

Еврашка

Сказка

Еврашки у нас в тундре живут, суслики северные. Зверьки неболыпис, невзрачные, а весёлые. Любят евражки возле своих норок на солнце греться.

Как тёплая погодушка па Север придет, еврашка даже спать не может. Радуется свету, радуется теплу, радуется, что трава быстро растёт. Побегает, побегает около норки еврашка, встанет па задние лапки и давай мордочку чесать. Сам себя прихорашивает, усы себе разглаживает. Почистится, потом закусывать начинает. Возьмёт в лапки корешок или веточку и хрупает. Стоит возле норы на бугорке, кушает не торопясь. Куда ему, еврашке, спешить? Лето пришло!

Солнце и в полдень и в полночь с неба не уходит. Гуляет по небу солнце; еврашка по тундре гуляет. А нагуляется, встанет на бугорке и стоит целыми часами. Заглянет на минутку в свою квартиру подземную и опять на бугорок, на солнышко вылезет. Не спится еврашке.

Да и с чего ему спать? Длинную тёмную зиму спал епрапжа почти без просыпу, выспался. Все бока отлежал. Даже шёрсточка стала линять-выпадать. Шубу свою меняет летом еврашка. Забавляется еврашка. Летом ему раздолье.

Наша тундра летом нарядна. Молодые мхи пестреют. Цветы, словно звёзды яркие, зажигаются повсюду. Леса у нас в тундре совсем нет. Деревца в тундре карликовые, крохотные. И все они низко по земле стелются. Высоко им подниматься нельзя: ветер здесь сильный, вырвет. Полярные ивы есть — тарушки. Такая ива величиной с бутылку, всю с корнями на ладони можно уместить. Л оказывается, ей много-много лет.

Поглядите на наши деревца. Всё у них, как у больших. Листья, кора, ствол, ветви, корни. Только всё маленькое. Идёт человек по такому заполярному лесу, будто по невысокой траве. Самые большие кусты вершинами едва до колен достают. Вот какая у нас тундра!
А нашему еврашке стелющийся лес глухой чащобой кажется.

— Заблудиться в таком лесу можно, — думает еврашка, и от своей норки далеко уходить боится. Нору еврашка делает подальше от кустарников,

— Кто его знает, какие там звери в этих лесах, думает еврашка, —попадёшься в когти горностаю или ещё кому. Да и птицы хищные там, в кустарниках, гнездуют. Нет, на ровном месте спокойнее. 

Так рассуждает еврашка. Правильно рассуждает! Горностай острозубый, как молния, в кустах налетит — и смерть еврашке. Сова полярная наскочит — и конец еврашке. А возле норы опасности меньше. Вокруг тундра гладкая. С бугорка, от самого входа в норку, далеко все видно, спрятаться всегда успеешь. Мелькнула тень в небе — исчез еврашка. Песец крадётся по тундре, увидел еврашка и кувырком в свою подземную квартиру. Поди-ка там его найди! Осторожный зверёк наш еврашка, знает, что он маленький, беззащитный, и живёт, как ему положено, в большие звери не лезет. Один раз захотел он стать большим зверем — не вышло. Смешная история получилась.

В тундре летом, когда небо чистое и света много, бывает так: поглядишь — гора высокая стоит. А на том месте горы быть не должно. Что за чудо? Пойдёшь к этой горе, а она всё меньше да меньше становится. До самой горы дойдёшь — и станет она простой кочкой. Или так случается: смотришь — по тундре великан шагает, головой в небосвод упирается, ножищи огромные, каждый шаг — целая верста. Ты удивляешься, а великан к тебе идёт, и с каждым шагом рост его уменьшается. Подойдёт близко, и оказывается, это мальчуган знакомый из тундры топает, за ягодами ходил.

Чуда тут никакого нет. Кто в тундре давно живёт, тот знает. Это свет такой яркий летом, воздух прозрачный переливается: низенькая кочка горой кажется, собака — чудовищем, мальчик — великаном.

Кто долго у нас в тундре живёт, тот, конечно, не обманется. А еврашка как-то забыл об этом и обманулся. Сидел он на бугорке возле норы, траву жевал, вдаль глядел. На другом конце тундры другой бугорок стоял. И там другой еврашка траву жевал, на нашего глядел. Оба еврашки друг друга видели, глаза у них дальнозоркие. Вдруг наш еврашка от удивления подпрыгнул. Увидел он, как второй еврашка у своего бугорка на задние лапки встал и начал расти. Рос на глазах. Сначала он показался величиной с собаку, потом стал величиной с оленя, потом совсем верзилой каким-то сделался.

Наш еврашка даже перекувыркнулся от удивления.
— Ух ты! Сосед каким большим зверем вырос. Такого верзилу никто ещё не видал, — подумал наш еврашка. И одолело его любопытство.

— С чего это так быстро вырос сосед? Не иначе, нашёл волшебную траву. Недаром у него такая травина в лапах, толще бревна. Жуёт он эту траву, оттого и растёт быстро. Пойду-ка я к соседу, попрошу у него взаймы волшебной травы, поем и тоже большим зверем стану.

Подумав так, побежал любопытный еврашка к соседу. Бежит и глядит: опять чудо! Чем ближе наш еврашка подбегает, тем меньше сосед становится. Сначала уменьшился до величины оленя, потом стал ростом с собаку. Остановился наш еврашка, протёр себе лапками глаза. Не снится ли ему? Нет, не снится. Уменьшается сосед ростом.

Зажмурил глаза еврашка и побежал не глядя. Стукнулся лбом в соседский бугорок, тогда глаза открыл. Сосед еврашка совсем такой же, как он сам, глядит на него, удивляется:
— Ты что, друг милый, не заболел ли? Или какое чудо увидел?

Наш еврашка и ответить ничего не мог. Вспомнил он, что летом в тундре глаза обманываться могут. Догадался о своей ошибке и захохотал. Сам себе смешным показался. Обхватил своё брюшко лапками, хохочет заливается. Рассказал всё соседу:
— Я ведь думал, что ты, сосед, волшебную траву нашёл, потому и вырос у меня на глазах. Хотел я этой волшебной травы взаймы попросить, а она ведь у тебя толще бревна. Как бы я её жевать стал?

— На, возьми, кушай! Расти большой да ума набирайся побольше, — засмеялся сосед и протянул нашему еврашке обыкновенный стебелёк осоки. Стали они оба шутить, хохотать. Весёлые зверьки еврашки.

— Иногда над своими ошибками и не еврашкам посмеяться можно. Над собой посмеёшься, в другой раз не ошибёшься.